Среда, 13.12.2017
Мой сайт
Меню сайта
Категории раздела
Кавказская Албания [0]
Ислам в Лезгистане [10]
Геополитика на Кавказе [1]
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Главная » 2011 » Октябрь » 12 » Пантюркизм на службе мировой реакции. «Нурджулах» в секуляристской иерархии пантюркизма (2часть)
09:16
Пантюркизм на службе мировой реакции. «Нурджулах» в секуляристской иерархии пантюркизма (2часть)

Пантюркизм давно перешел рамки секуляристской доктрины и подвергается новизне и модернизации. При этом, под модернизацией или обновлением пантюркизма понимается не только некие новации в геополитических взглядах, а в синтезе этой доктрины и ислама в сочетании с социальными лозунгами. Эти попытки сформировать некую новую социальную этику и ценностей в рамках шариата, в какой-то мере, вызывает беспокойство и у мусульманских священнослужителей суннитского мазхаба в Анатолии, а также, богословов, которые видят в идеологии «Нурджулах» вовсе не социальную доктрину, а попытки пересмотра исламского мировоззрения. Хотя может быть речь идет всего лишь о конкуренции представителей различных суннитских орденов и желании не допустить усиления влияния некоторых политических группировок.

Следует отметить, что в среде последователей салафитских течений в исламе, неоднозначно, и с большой настороженностью отнеслись к доктрине «Нурджулах». Данная разветвленная и очень влиятельная ассоциация определенной идеологической направленности оказывает большее влияние на турецкое общество, чем большинство политических партий, обладая огромным экономическим потенциалом, контролируя многочисленные банки и холдинги в промышленности и торговле, контролирует огромные сферы малого и среднего бизнеса, в особенности, в провинции. Орден «Нурджулах» осуществляет внешнюю политику, при этом, несомненно, согласуя свои усилия с турецким правительством, к чьей деятельности адепты данного движения, традиционно, относятся весьма критически. Орден приобрел большое влияние, по существу, во всех тюркоязычных государствах и этносах, создавая беспрецедентную культурно-образовательную и пропагандистскую инфраструктуру. Эти цели и задачи не декларированы, как пантюркистские, так, как «Нурджулах» предполагает религиозные принципы (социальной направленности шариата), тогда, как пантюркизм в своей сути основывается на тюрском (анатолийском) национализма и не апеллирует к той идеологии, которая, если не является исламской, то, во всяком случае, не отвергающей позиции ислама в современном обществе. Ислам в республиканской Турции по большому счету по прежнему пребывает в состоянии политической «подавленности», и реанимация принципов шариата не могло не затронуть столь фундаментальной геополитической и идеологической доктрины, каким в турецкой истории выступает пантюркизм. Но, как и во внутренней политике, так и части внешней политики правительство Турции не может вполне доверять «Нурджулах», в связи, с чем и в отношениях данного ордена с официозом сохраняется напряженность. Вместе с тем, становится понятным, что в обозримой перспективе исламский фактор приобретет в турецкой внешней политики заметное место. Вполне возможно допустить, что лидеры партии «Справедливость» в своей внешней политике ограничивают исламские задачи, опасаясь «отпугнуть» профанирующие элиты в тюркоязычных странах, выжидая этапа, когда данные регионы Евразии будут более готовы воспринять принципы шариата. Это вполне можно обнаружить, рассматривая характер и содержание визитов руководителей Турции, представляющие партию «Справедливость» в тюркскоязычные государства.

Надежды Азербайджана

Азербайджан в данный момент не принято считать ключевой страной Кавказа. Хотя в последние годы внимание мировой общественности было сосредоточено больше на Грузии с её неугомонным президентом Саакашвили, на самом деле потенциал Азербайджана позволяет рассматривать эту страну как возможно главного игрока среди закавказских стран. По демографическим показателям полвека назад население Азербайджана чуть превышало население Грузии или Армении, но сегодня оно больше, чем население этих стран вместе взятых. Азербайджанцы в значительном количестве проживают в соседней Грузии, причём в районах, окружающих столицу Тбилиси. В северо-западных районах Ирана живут миллионы этнических азербайджанцев. Пока Иран не так активно участвует в кавказской политике, как Россия или Турция, но в случае более интенсивного вовлечения этой исламской республики в дела региона фактор иранских азербайджанцев будет играть большую роль.

Внешняя политика Г. Алиева отличалась умеренностью и прагматизмом. Азербайджан вступил в СНГ и подписал немало договоров в рамках этого объединения, в то же время входит в состав так называемого ГУАМа, который считался некой альтернативой СНГ. Ильхам Алиев продолжает осторожную внешнюю политику отца. Азербайджан сотрудничает с западными странами, с Израилем, но в то же время, в отличие от Грузии, не заявляет о намерении вступить в НАТО или другие евроатлантические структуры, хотя и ведет тесное сотрудничество с этой структурой..

Учитывая географическое расположение стран (то, что Россия и Иран «нависают» над территорией Азербайджана с двух сторон), единственным военным коридором для Азербайджана остаётся Грузия, чтобы ввозить через неё оружие и боеприпасы. Но ситуация в Грузии слишком хрупка, и эта страна не сможет выполнять роль военного транзитного коридора между Азербайджаном и Турцией. Да и сама Турция, учитывая её сближение в последние годы с Ираном и Россией, вряд ли пойдёт на такой подрыв ситуации на Кавказе. К тому же война может привести к прекращению экспорта нефти из Азербайджана, что обрушит экономику этой страны.

Политическая система Азербайджана, хотя и стабильна, но является авторитарной и негибкой. Азербайджан практически лишён так называемой европейской перспективы. Создание реальной многопартийности в этой стране в ближайшее время выглядит весьма сомнительным, так как это разрушит стабильность. Поэтому местная оппозиция, особенно прозападная, обречена, оставаться слабой.

Азербайджан давно не является советской республикой, где атеистическая пропаганда была частью официальной политики, а исламские институты – например, Духовное управление мусульман Кавказа и др., – оставались лишь формальными учреждениями при власти, пока что в Азербайджане мало что изменилось в этом плане. Нынешний режим (ещё со времён Гейдара Алиева) проводил и проводит подчёркнуто светскую, секуляристскую политику, направленную на полное отделение политики от религии. Это позволяло режиму сохранять стабильность, привлекательность для западных инвестиций и возможность налаживания связей с Россией и Западом. Однако по мере приближения к исчерпанию ресурсов нынешней политической системы стабильность будет превращаться в безжизненность и обречённость. Нынешний режим не может воспроизводиться бесконечно, так, как произошла передача власти в 2003 году от отца-президента к сыну. Через какое-то время, предположительно через несколько лет, понадобится внедрение другой политической системы, которая сможет быть стабильной в долгосрочном плане.

Однако в Азербайджане практически невозможно ввести обычную западную политическую систему в виде парламентской и даже президентской или смешанной, президентско-парламентской республики. Менталитет населения, исторические традиции, географическое расположение исключают это. Даже в Турции, которая входила в НАТО с 1952 года, парламентская система исторически встречала огромные трудности, результатом чего были многочисленные военные перевороты. Лишь к началу 21-го века, после того, как в Турции стали возрождаться исламские принципы, эта система как-то стабилизировалась. Но это стало возможным именно и только после мощного вторжения в политическую систему страны такого фактора, как Ислам. Ислам стал «цементирующим раствором» турецкой политики, роль которого прежде играли военные, приверженцы идеологии «кемализма» (5).

В Азербайджане сейчас проводится политика, которая напоминает «кемализм» в мягкой форме (без активного участия военных, роль которых в Азербайджане играют спецслужбы и органы правопорядка). Однако эта идеология практически исчерпала себя в Турции и, и не имеет большого будущего в других мусульманских странах, в том числе в Азербайджане (а также в странах Центральной Азии).

Можно искусственно сконструировать политическую систему, напоминающую европейскую или американскую, создав с помощью директивы две партии, обе из которых будут фактически провластными, но будут как бы играть друг против друга. Однако эта система вряд ли будет обеспечивать такую стабильность, как обеспечивает сейчас, по сути, однопартийная система в Азербайджане и в странах Центральной Азии (кроме Киргизии).

Главная проблема стран постсоветского пространства состоит именно в отсутствии реальной идеологии, которая бы скрепляла общество и политическую систему. Идея независимости не может быть такой идеологией, потому что она недостаточна. Ведь существование этноса в рамках независимого государства не может быть самоцелью. А насаждение идеологии этнического или государственного национализма, пантюркизма (в случае тюркских народов), панславизма, кланово-племенной солидарности и т. д. может привести к конфликтам, столкновениям на межэтническом и межгосударственном уровне, что ведёт к нестабильности и развалу политической системы. В таких условиях единственной действенной и эффективной идеологией, которая может стать связующим звеном общества, определить образ жизни, ориентацию в мире, является Ислам. (6)

В доктрине пантюркизма, практически не учитывались этнические различия в тюркском мире, которые имеют фундаментальное значение для формирования интересов и стратегий. Вместе с тем, Азербайджан - этнически наиболее близок к Турции, время от времени испытывает «неудобства» отношений с ней. Еще задолго до возникновения и разрушения советской системы, начиная с конца 19 века, на территории нынешнего Азербайджана формировалось определенное мировоззрение и ожидания в отношении Турции. Надежды на Турцию азербайджанское общество пронесло через всю советскую эпоху, в том числе период второй мировой войны. Если Турция далеко не в полной мере оправдала надежды азербайджанского общества, то это вовсе не означает, что Турция утратила свои позиции в Азербайджане и не оказывает ему весьма значительную помощь на международной арене. Ко времени достижения независимости Азербайджаном, Турция оказалась на новом этапе своего политического и экономического развития, поставила перед собой новые интеграционные задачи на Западе и пыталась, при наименьших затратах, приобрести новые позиции в Евразии. В связи с этим, турецкая элита испытывала опасения оказаться втянутой в азербайджанские проблемы, утратив более важные перспективы. Открытая конфронтация с Арменией, а соответственно с Ираном и Россией не входило в планы Турции. Помимо данных факторов, существенную роль в сдерживании Турции играют и Европейское сообщество.

«Детская болезнь» сверхожиданий со стороны Турции прошла в Азербайджане не сразу, а понадобилось достаточно продолжительное время. Во время принципиальной встречи Г.Алиева и С.Демиреля в Анкаре в апреле 1998 года, были определены рамки, последовательность и правила выстраивания отношений между двумя государствами. Данные договоренности включали такие приоритетные моменты, как: первоочередность решения проблем в энергетике, обеспечив сооружение межрегиональных энергокоммуникаций, как основу системообразующих связей; преодолеть форсирование решение карабахской проблемы, вопреки популистским требованиям общества, принять версии длительного политического и экономического блокирования Армении, попытаться «привязать» ее к турецко-азербайджанскому блоку и подчинить интересам данного сообщества; обеспечить совместное выступление на международной арене не только по карабахской проблеме, но и по широкому кругу внешнеполитических вопросов. Данная договоренность не только стала основой внешней политики, но и приоритетов государственного строительства в Азербайджане, включая нынешний этап, связанный с активизацией внешней и внутренней политики президента И.Алиева.

Во всяком случае, азербайджанские спецслужбы весьма активны на Северном Кавказе и в Грузии, что не может не быть связанно и с турецкими задачами. В настоящее время между всеми силовыми и специальными службами Турции и Азербайджана происходит регулярное сотрудничество по проблемам Ирана, Черного моря, Кавказа и Центральной Азии и России. Поставлена цель обеспечение полного согласования ресурсов и возможностей в специальных разработках по этим регионам. Азербайджан в различной мере участвует в реализации турецких планов в Евразии, но участвует по основным ключевым вопросам: Гагаузия, Крым, Абхазия, Аджария, Квемо Картли, Чечня, Ингушетия и Дагестан (г.Дербент, Дербентский район). По всем этим проблемам, Азербайджан на протяжении полтора десятка лет внес ценный вклад в реализацию планов Турции. (7)

Автор: АЛИ АЛБАНВИ, ФОНД «ЛЕЗГИНЫ»

http://lezghins.com/index.php?option=com_idoblog&task=viewpost&id=712&Itemid=0

Просмотров: 339 | Добавил: Администратор | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Вход на сайт
Поиск
Календарь
«  Октябрь 2011  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31
Архив записей
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • База знаний uCoz
  • Copyright MyCorp © 2017