Четверг, 23.11.2017
Мой сайт
Меню сайта
Категории раздела
Кавказская Албания [0]
Ислам в Лезгистане [10]
Геополитика на Кавказе [1]
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Главная » 2012 » Февраль » 7 » Лезгинские песни
13:04
Лезгинские песни

Оглавление

Исторические песни

Горе нам. Перевод Н. Гребнева

О Перизада! О Гаджибала! Перевод В. Державина

 

Соревнование ашугов

Ашуг Лукман Худатский. Перевод Л. Пеньковского

Песни любви

 

Высокие горы. Перевод Н. Гребнева

«Как хорош он, как хорош!..» Перевод Н. Гребнева

О друг! Перевод В. Державина

Почему, скажите почему? Перевод Н. Гребнева

«Я пройти стараюсь стороной...» Перевод Н. Гребнева

Дочь старушки. Перевод Н. Гребнева

Кума Пайкар. Перевод В. Державина

Девичий хоровод. Перевод Н. Капиевой

Перизада. Перевод Н. Гребнева

Приходи в наш сад. Перевод Н. Гребнева

Махи-Дильбер-Джан. Перевод Н. Гребнева

Четверостишия. Перевод Н. Гребнева

Обрядовые, колыбельные песни. свадебные песни

Сватанье. Перевод Н. Гребнева

Одевание невесты. Перевод Н. Гребнева

Приход дружков жениха. Перевод Н. Гребнева

Песня гостей. Перевод Н. Гребнева

Песня, поющаяся в доме жениха. Перевод Н. Гребнева

Плачи. Перевод Н. Гребнева

Лайла. Перевод Н. Гребнева

 

 

 

 

Исторические песни Горе нам

Каркнул ворон на погосте,

Наклевавшись допьяна.

Горе нам!

Собрались у хана гости —

Поминают чабана.

Горе нам!

Сходят близкие в могилы,

Что же делать бедняку?

Горе нам!

Неужель не хватит силы

Хану проломить башку?

Горе нам!

 

Нам, голодным, кто поможет?

Нет ни поля, ни сохи.

Горе нам!

Тяжко нас караешь, боже,

За нетяжкие грехи.

Горе нам!

 

В гору конь идет устало,

Может быть, и не дойдет.

Горе нам!

Будь ты проклят, род Мурсала,

Обобравшего народ.

Горе нам!

 

Судьи суд вершат над нами,

От закона не уйти.

Горе нам!

Деньги есть — плати деньгами.

Нету — головой плати,

Горе нам.

 

О Перизада! О Гаджибала!

Лишь рассветный луч на горах блеснул,

О Перизада! О Гаджибала!

Грозный хан вставал, он костер сложил,

О Перизада! О Гаджибала!

 

Проклят будь навек тот жестокий хан!

О Перизада! О Гаджибала!

Молодую жизнь вашу он сгубил,

О Перизада! О Гаджибала!

 

Птицы в высоте, с криками кружа,

О Перизада! О Гаджибала!

Горькие несли вести на заре,

О Перизада! О Гаджибала!

 

Изверг и злодей — бессердечный хан,

О Перизада! О Гаджибала!

Сжег обоих вас на своем костре,

О Перизада! О Гаджибала!

 

Что же, как скакун, не умчался ты —

О Перизада! О Гаджибала!

О несчастный наш юноша-джигит!

О Перизада! О Гаджибала!

 

Заживо в огне сжег тебя злодей,

О Перизада! О Гаджибала!

Пусть аллах его громом поразит!

О Перизада! О Гаджибала!

 

Хан велел костер жечь на площади,

О Перизада! О Гаджибала!

И горит костер, в небо пламя бьет...

О Перизада! О Гаджибала!

 

Жалобно кричат птицы в высоте,

О Перизада! О Гаджибала!

А по вас народ плачет, слезы льет,

О Перизада! О Гаджибала!

 

Так сгорел джигит с милою своей,

О Перизада! О Гаджибала!

Чтоб такой беды никому не знать!

О Перизада! О Гаджибала!

 

Ночью, днем, всегда, долгие года,

О Перизада! О Гаджибала!

Люди вас добром будут поминать.

О Перизада! О Гаджибала!

 

 

 

Соревнование ашуговАшуг Лукман Худатский

 

У дербентского хана была дочь-красавица, Бике-ханум. Была она хитроумной загадчицей — ашугшей. Она приглашала на состязания с собой молодых ашугов из чужих ханств, обещая выйти замуж за того, кто ее победит, разгадав три ее загадки. Если ашуг не оказывался победителем, он становился ее узником. Уже двадцать ашугов кубинского хана Амраха не вернулись с состязаний. Разгневался кубинский хан Амрах — и объявил клич: «Найти такого ашуга, который поедет на соревнование с Бике-ханум, победит ее в словесном поединке, привезет в знак победы ее саз и освободит всех моих ашугов из ее темницы! Ханским словом своим заверяю, что в награду победителю выдам чистого золота столько, сколько сам он весит!»

 

Молнией облетела эта весть все кубинское ханство и все соседние. Наконец нашелся в городе Худате искуснейший и не по годам мудрый молодой лезгин-ашуг — Лукман, который отправился в Кубу к хану Амраху объявить о своем согласии. Недалеко от Кубы встретился ему один старик, пригласивший его остановиться на отдых в его доме. Лукман ответил ему песней.

 

Песня Лукмана

 

Если вспыхнет страсть любви в душе ашуга,

Он семью оставит, он покинет друга.

Что там зной степной, на горных кручах вьюга,

Цели он достигнет, погодите, люди!

 

Если ночь темна, уснуло все живое

И над головою небо грозовое,

Пренебречь могу ли, и ради чего, я

Ханским предложеньем, посудите, люди.

 

Если со своим ашугским звонким сазом

Льстить ни языком не стану и ни глазом,

А раскрою сердце песенным рассказом, —

В этом нет плохого, — как хотите люди!

 

 

Песня ашуга прозвучала на все селение, пошла из дома в дом — и Лукману предложили остаться тут на целый месяц, и за хорошее вознаграждение веселить своими песнями народ на свадьбах. Но Лукман отказался.

 

Песня Лукмана

 

Много вас, а я — один ашуг меж вами.

Пополам смешались тут вода и пламя.

Занят я другими важными делами, —

Отпустить прошу —

Я в дальний путь спешу.

 

Счастливы, друзья, до самой смерти будьте,

Бедного ашуга вы не обессудьте, —

Должен быть всему порядок, не забудьте:

Свой всему черед,

Как говорит народ.

 

Будут свадьбы, будут сладкой снеди груды.

Сердце наше слабо — гибнет от остуды.

Худо будет вам, коль я обижен буду.

Свадьба свадьбе вслед —

И до скончанья лет!

 

 

Народ согласился с ашугом. Но тут один юноша задал Лукману вопрос: — Ашуг, я хочу жениться. Скажи, какую должен я выбрать девушку?

 

Песня Лукмана

 

Если сероглаза, как струна стройна,

И на лбу высоком родинка видна,

И с чувалом полным, как джигит, сильна,

На гору взойдет, —

Вот та и подойдет!

 

Если налегке и в праздничном платке,

С мушкой на щеке, с браслетом на руке,

Прибежит на зов, тоскуя о дружке, —

Знай: она! Бери —

И долго не мудри!

 

Никогда не верь тому, что говорят, —

Цели жизни так добьешься ты навряд,

Коль в ее руках дела горят, будь рад:

Знай, как раз она

Тебе и суждена!

 

От Лукмана вот тебе, джигит, наказ:

Струн не обрывай: твое богатство — саз!

Улыбнется ли, заплачет ли как раз

В тот же миг, что ты, —

Сбылись твои мечты!

 

 

Отправился Лукман дальше в путь. Позади лезгинские аулы, впереди — ханские дворцы. Достиг ашуг ханского дома, вошел. Встречает его ханский сын Селим-бек, мечтавший жениться на Бике-ханум, — расспросил ашуга, кто он, что он, с чем пришел, — и устроил в честь гостя той.

 

Песня Лукмана

 

Поведу рукой — и море пересохнет,

Пересохнут реки — рыба передохнет.

Если песнь моя когда-нибудь заглохнет,

Травам не расти,

Посевам не взойти!

 

Кто живет на свете, воздух покупая?

Уважают ли лжеца и шалопая?

Что за радость людям на пиру у бая,

Если б не был зван

На пир ашуг Лукман?

 

Еду я в Дербент, — я разъезжать любитель.

Счастлив будет хан, Бике-ханум родитель,

Если я, Лукман, ашугов победитель,

В песенном бою

И дочь его побью.

 

 

Сладкие слова, сладкие напевы дают людям радость, покой. Как накрыта была скатерть, так и осталась нетронутой: песня ашуга оказалась слаще всех лакомств! Люди говорили, веселились, смеялись. И ашуг снова запел.

 

Песня Лукмана

 

Наш язык из мяса, не из белой кости.

Дармоедами жить наконец вы бросьте.

Песнь моя сильнее жадности и злости.

Хан ты или бек, Вставай, проспишь свой век!

 

Скажут степи вам и горы Дагестана,

Вам ручьи покажут, где найти Лукмана.

Мук моих хватило б морю-океану.

Камни, шевельнитесь,

Горы, пошатнитесь!

 

 

Лукман на этом пиру показал всем свое высокое искусство, и, хотя и был низковат ростом, он всем понравился, и все решили, что он и должен ехать в Дербент на состязание к Бике-ханум, Согласился с этим и сам кубинский хан Амрах. Ашуг высоко поднял голову — и запел.

 

Песня Лукмана

 

Без причины горя нет, не забывай.

За вину овцы козу не убивай.

По делам врагам коварным воздавай, —

Слепота на них

И немота на них!

 

Хан, не надо падать духом, я прошу.

Отроду я лживым словом не грешу.

Вот — я спесь дербентской птицы сокрушу —

От тебя беду

Позора отведу!

 

 

Из селения в селение, меняя дороги, идет человек — лезгин, ашуг Лукман. Временами ему становится страшновато: что его ждет? Доходит он так до берега моря, до города Мушкюр. Повстречались ашугу уже под самым Мушкюром местные рыбаки. Попросили они его спеть.

 

Песня Лукмана

 

Высишься, Дербент, над морем горделиво,

Голубем воркуешь весело-счастливо.

Ой, большой Дербент, скажи ты мне правдиво:

Друг ты добрый мой

Иль недруг ты мой злой?

 

С тыла защищен высокой горной цепью,

Моря под тобой блестит великолепье,

Впереди простор цветущего предстепья,

Тут река видна,

Тут крепости стена.

 

Дорогой Дербент! Я сильно озабочен, —

Помоги ты мне, прошу я очень, очень!

Слава ли мне здесь, позор ли напророчен?

Дай ты мне ответ —

Исполню ль свой обет?

 

 

Крепко пожав руки новым друзьям, ашуг направился в город. На одной из улиц стояло сборище людей. Кто-то спросил ашуга, кто он и откуда пришел. Послушайте, что он им ответил.

 

Песня Лукмана

 

Слышать приходилось имя вам — Лукмана?

Песнь моя сейчас была бы вам желанна?

Где есть хан-тиран подлее Амрах-хана?

Я затеял спор —

И мучусь я с тех пор!

 

Будет ли ашуг, побитый в состязанье,

Заточен у вас в темницу в наказанье?

Вот она, моя беда, мое терзанье!

Эта мысль огнем

Ночью жжет и днем.

 

Я сюда приехал песнями сразиться

С палачом ашугов — царственной певицей,

Если б ей потом с досады удавиться —

Буду горд и рад

И возвращусь в Худат!

 

 

Узнав, что перед ними ашуг, люди наперебой стали его уговаривать не ходить к дербентскому хану и к его дочери. Они говорят: «Не ходи!», ашуг — свое: «Нет, пойду!»

 

Песня Лукмана

 

Поговорка есть — и нет ее мудрее:

«Боязливый глаз калечится быстрее».

В знойный день, от жажды мучаясь, дурея,

Плохо ль взять тогда

В рот кусочек льда?

 

Знайте, не боюсь я ни темниц глубоких,

Ни сетей любовных пери чернооких,

И ни львов, ни тигров — хищников жестоких.

В гости меня кто

Пригласит за то?

 

 

Спел Лукман — и пошел прямо к ханскому дворцу. Вошел он — и видит за перегородкой голову Бике-ханум. А три ашуга, держа в руках сазы, готовятся петь с ней на соревнование. Тут ханум Бике начинает задавать свои коварные три загадки. Если какой ашуг отгадает все три, тогда она пожалует ему шаль со своих плеч. А не отгадает — в темницу!

 

Бике-Ханум

 

На мои вопросы кто мне даст ответ:

Без конца веревка может быть иль нет?

Может ли так быть, чтоб весь земной наш свет

Чьим-то ясным глазом

Был увиден разом?

 

 

Один ашуг побледнел — и тут же, в знак поражения, положил свой саз на пол, повернув голову в сторону темницы.

 

 

Второй ашуг

 

По земле дорога вьется бесконечно —

У нее с веревкой сходство есть, конечно.

Солнечное око с неба смотрит вечно —

И весь мир привычно видит безгранично.

 

Бике-Ханум

 

День и ночь долиной вниз она струится,

К морю через все препятствия стремится,

А при солнце — в небе любит распылиться.

Жду, ашуг, ответа

На загадку эту.

 

 

Не нашел бедный ашуг ответа на эту загадку — и лопнула струна на его сазе. Тогда третий ашуг, подняв саз на грудь, приготовился отвечать.

 

 

Третий ашуг

 

Вниз течет вода долиной, как известно,

И в моря потом впадает повсеместно.

Испарясь, взлетает на небо чудесно.

Выполняй условье —

Награди любовью.

 

Бике-Ханум

 

Верный дал ответ ты моему вопросу,

Мне в лицо глядишь ты прямо, а не косо.

Быстрые, как пули, жалящие осы —

Что это? Разгадку

Дай-ка на загадку!

 

 

Третий ашуг

 

Вновь, ханум Бике, ты загадала дельно.

Для ответа мне не нужен срок недельный.

Быстрые, как пули, как они, смертельны. —

Осы роковые —

Стрелы боевые!

 

 

Сердце ашуга, разгадавшего уже две загадки, колотилось от волнения: какова-то будет третья? «Молодец! Молодец!» — восклицали слушатели, подбадривая его. А Бике уже задает третью свою загадку.

 

Бике-Ханум

 

Разбудить ее бывает нелегко нам.

Ходит в нашем теле, в сердце омраченном,

Не подчинена она ничьим законам.

Дать ответ сумеешь —

Мною овладеешь.

 

 

Сколько ни ломал себе голову бедняга ашуг, как ни крутил себе мозги, — ответить так и не смог, и Бике-ханум велела отвести всех трех ашугов-неудачников в темницу. Все присутствовавшие, жалея несчастных, погрузились в глубокую печаль. Тут вышел вперед Лукман и запел, обращаясь к Бике.

 

Песня Лукмана

 

Хитроумные ты всем вопросы ставишь.

Так, Бике, ты всех ашугов обезглавишь.

Может быть, и мне еще вопрос прибавишь?

Озадачь хоть сотней, Только подобротней!

Но коль все загадки правильно решу я,

То награду я потребую большую:

Отпустить ашугов пленных попрошу я,

Сразу без остатка —

Ровно два десятка.

 

 

Ханская дочка, Бике-ханум, условие это приняла, и Лукман Худатский сразу же ответил на загадку, не разгаданную последним из трех ашугов.

 

Ответ Лукмана

 

Старость в наше тело входит самовольно,

Душу бередит и мучит сердце больно,

Все законы жизни обходя окольно.

Вот тебе ответ,

Ханум-Бике, мой свет!

 

 

Все слушатели восхитились догадливостью Лукмана, а Бике стала задавать ашугу новые три загадки.

 

Бике-Ханум

 

Много дней уже минуло и ночей,

Думу думаю — и не сомкну очей.

Ты не знаешь ли, ашуг, таких вещей,

С коих мед сочится

Заодно с горчицей?

 

Ответ Лукмана

 

Долго размышлять я, право, не привык.

Слушайте, друзья, я в суть загадки вник:

Сладкий мед струит порою наш язык,

А порой горчицей

Может он сочиться.

 

Бике-Ханум

 

Саз серебряный прижав к своей груди,

Нас, ашуг, ты умным словом награди:

Ты такую штуку умудрись — найди,

Чтоб мелка была

И глубока была.

 

Ответ Лукмана

 

В жизни не гонюсь за денежным уловом.

Подпишусь под каждым сказанным мной словом.

Богом ум глубокий дан мудроголовым,

И иным людишкам

Мелкое умишко.

 

Бике-Ханум

 

Ты печалью-горем сердце зря не мучай.

Начал делать дело — завершай получше,

Угадай, что это: естеством текуче,

В теплом и в прохладном

Много в нем услад нам?

 

Ответ Лукмана

 

Вечной жизни нет и не бывало сроду.

Размышлять, скорбеть — толочь без смысла воду!

Кислой нас и сладкой радует природа

Влагой виноградной —

Теплой и прохладной!

 

 

Теперь Лукман поменялся с Бике местами и задал ей единственный вопрос.

 

Лукман

 

Хитроумная, Бике-ханум, ты баба!

А со мною схватку выдержать могла бы?

Что бывает сильно и бывает слабо?

Думай, думай, ну-ка,

Что это за штука?

 

 

Не нашла ответа ханум Бике — сбила себе цену. Не нашла она ответа, поняла, что побеждена, — и опустила к ногам Лукмана свой чунгур, в знак своего поражения. Потом встала — выпрямилась, пристально вгляделась в лицо ашуга, — пришелся ей джигит по нраву. А Лукман, подавшись вперед, запел, сам отвечая на свой вопрос.

 

Лукман

 

Слушайте, прошел и горы я и долы.

Нелегко мне дался дальний путь тяжелый,

Но в Дербент пришел здоровый и веселый.

Сердце слабо, хило,

А полюбит — сила!

 

 

Тут с улыбкой на лице вышел хан, отец Бике, и обратился к народу с таким словом: — Поклялась когда-то своенравная дочь моя, мол, замуж выйдет только за ашуга, который победит ее на состязании. Десять лет сама мучилась — и меня измучила. И вот, видите, я, отец ее, десять лет ждал — и дождался!..

 

Сыграли свадьбу Бике и Лукмана — всем свадьбам свадьбу, выпустили на волю двадцать пленных кубинских ашугов. Отправились они во владения кубинского хана, поведали ему о счастливой судьбе Лукмана Худатского.

 

Вскочил с места хан Амрах — в ярость пришел, стал бить себя кулаками по голове, по коленям, губы в кровь искусал: выпорхнула из рук золотая пташка, Бике-ханум! Ведь он ее для сына своего прочил, а женился на ней безродный бедняк лезгин, ашуг из Худата!

 

Опять собрались у хана везиры-векилы и договорились так: «Отправимся туда, подкараулим, когда Лукман с Бике станут переправляться через Самур-реку, схватим и похитим Бике, а Лукмана утопим!»

 

И вот однажды, когда ашуг Лукман с молодой женой отдыхали в шатре на берегу Самура, откуда ни возьмись — четыре везира хана Амраха, не смыкая глаз следившие из укрытия за молодоженами, внезапно напали на них, связали — и стали избивать Лукмана.

 

Думая, что это грабители, Лукман стал кричать:

 

— Я не купец, я — ашуг Лукман из Худата!

 

 

— А вот ты-то как раз нам и нужен! — отвечают кубинцы, продолжая безжалостно его избивать.

 

— Отпустите нас! — кричит и бедняжка Бике-ханум, — я дочь хана, ханум Бике!

 

— Как раз и ты, ханум Бике, нужна нам, — не шуми не поможет! — говорят кубинские везиры.

 

Тут же избитого Лукмана бросают они в мутные воды Самура, а несчастную Бике везут к хану Амраху в Кубу.

 

Сидит бедняжка Бике у хана, плачет, рыдает, наотрез отказывается стать женой ханского сына Селимбека. Проходят дни — Лукмана нет, — говорят ей, что тело Лукмана река в море унесла. Но ханум Бике, гордо подняв голову, так сказала кубинскому хану.

 

Бике-Ханум

 

Чтоб ты высох весь, кровавый ты бурдюк,

Чтоб тебе без ног остаться и без рук!

Пел на радость людям соловей-ашуг, —

Как ты смел, зверюга,

Убивать ашуга?!

 

Где такой закон, чтоб брать насильно жен,

Чтобы был охотник сокола лишен?

Мне не будет мужем сын твой, сдохни он!

Не отец ты, вижу, —

Сводник ты бесстыжий!

 

Сыну твоему не буду я женой, —

Радости людской не угрожай войной.

Прочее пока обходим стороной, —

К подлости готовясь,

Осквернил ты совесть!

 

 

Видя, что волю упрямицы не сломить уговорами, взбесился кубинский хан от злобы, ушел — хлопнул дверью, — крикнул везирам:

 

— Держите ее взаперти в глухой комнате! Заперли ее. Сидит Бике — тоскует, иной раз посмотрит сквозь маленькое окошко на Самур-реку, думает:

 

«Когда же наконец оставит меня в покое этот изверг? Умру, а не сдамся!»

 

А везиры нашептывают хану:

 

— Напрасно огорчаешься, хан. Как только она разделит ложе с твоим сыном, так и успокоится. А свадьбу можно сыграть и без ее согласия.

 

И приказал хан завтра же начать подготовку к свадьбе:

 

— Пусть семь дней бьют барабаны, играют зурны, поют ашуги, пусть радуется сердце моего наследника Селимбека!

 

А между тем Лукман-ашуг, брошенный в воду и упавший на кучу камней, остался жив, кое-как пришел в себя — и выбрался на берег. Голова, ноги, руки остались целыми, только все тело болело от побоев и от удара о камни, да из носа текла кровь. Попробовал ашуг поворочать языком и подать голос — оказалось, к его радости, что он еще может петь.

 

Бредет Лукман незнакомой тропой — входит в какое-то селение. Видит он, возле одной хижины народ собрался — кричат, шумят. Подошел к ним Лукман, спрашивает, что случилось.

 

— Да вот видишь, — говорят ему, — этот джигит отказывается справлять свою свадьбу без песен. А денег — ашуга нанять — у него нет.

 

— Хорошо, — говорит Лукман, — в этой беде я могу помочь: сам я ашуг. Принесите мне саз — я сыграю и спою вам бесплатно.

 

Обрадовался и жених и весь народ, — принесли саз.

 

Лукман

 

В этом мире ложь царит и тунеядство.

Не нужны мне деньги, не ищу богатства:

Песни эти вам дарю во имя братства,

С теми, кто их ценит,

Чести не изменит.

 

Сердце мое боль печали одолела,

Нет людскому горю меры и предела.

Коль душою друга злоба овладела, —

Слезы льем и стонем —

Счастье мы хороним!

 

У Лукмана добрых слов для песен много.

Мой народ лезгинский дорог мне, ей-богу!

Мне ль до дна не выпить свадебного рога,

Чтоб вы в дружбе жили,

Честью дорожили?!

 

 

Свадьба кончилась. Лукман отдохнул, боль в теле утихла — и ашуг двинулся по пути на Кубу. Приблизившись к Кубе, присел он на пригорке отдохнуть. Видит — вдалеке, пыль поднимая, несутся всадники прямо к нему. Подумал Лукман:

 

«Наверно, дали знать обо мне кубинскому хану, и он выслал войско, чтобы со мной расправиться и не уплатить обещанного».

 

А трое джигитов, возглавлявших отряд конников, подъехали к ашугу и сообщили:

 

— Знай, это войско из Лезгистана, это войско мести за тебя!

 

Лукман

 

Честь блюдя и совесть, снарядились в путь

Вы ради меня, но надо вас вернуть:

Не нужна война — в ней пользы нет ничуть.

Вам же за участье

Я желаю счастья!

 

Я, ашуг Лукман, ваш верный кровный брат, —

Голову за вас сложить я буду рад.

Только б Лезгистан расцвел, как райский сад,

А войны не надо, —

Войны — хуже ада!

 

 

В это время прискакали из Кубы три джигита на черных конях и обратились к лезгинским воинам:

 

— Кто вы такие? Откройте ваши замыслы! Зачем захватываете наши поля?!

 

Отвечают им лезгины:

 

— Лезгины мы. В своем и в чужом мы хорошо разбираемся. А вот скажите-ка: дочь дербентского хана, ханум Бике, жена ашуга Лукмана, пришлась вам по душе? Так знайте: не отпустит ваш хан Бике-ханум — большой ущерб потерпит Куба!

 

А кубинцы отвечают:

 

— Зря шумите. Сегодня свадьба Бике и Селимбека.

 

Тут вскочил Лукман с места и грозно закричал:

 

— Что?! Ах, вы, амрахские псы!

 

Лукман

 

Этот мир, где нет ни совести, ни чести,

Пусть дотла сгорит с правителями вместе!

Что молчите вы, подохнуть вам на месте!

Совесть, правосудье

Будут у вас, люди?!

 

Иль у вас на сердце — камень под рубахой?

Кровь людскую льете с именем аллаха!

Лучше бы прикончить хана вам, Амраха!

В этом самосуде

Бог судья вам, люди!

 

Не было и нет в моих словах обмана —

Словно клятва, свято слово у Лукмана.

Не должно пощады быть тирану хану:

Царствует он, люди,

На крови и блуде!

 

 

Приехавшие кубинцы уехали ни с чем, только уши и щеки пылали у них от стыда. А лезгинское войско двинулось вперед, чтобы проучить Кубу.

 

Кубинский хан между тем приостановил свадьбу и собрал свои войска. И пошли лезгины на кубинцев, кубинцы на лезгин. И началась смертельная игра пулями. Тут подоспел ашуг Лукман — и с песней обратился к воюющим. А разве можно не слушать вдохновенно поющего ашуга?!

 

Песня Лукмана

 

Люди, если есть в вас сердце человечье

Не чините людям смерти и увечья, —

Вот вас от чего хочу предостеречь я!

Дураки вояки,

Прок ли в смертной драке?

 

Заклинаю вас, кончайте эти войны!

Радует нас песня, а не клич разбойный.

Пусть влюбленные встречаются спокойно,

Да царит любовь

И да не льется кровь!

 

 

Послушались воины увещеваний Лукмана — оставили свои ряды, стали готовиться ко сну. Замерла земля, замерло небо, заснуло ханство кубинское. А Бике-ханум не спит. Исхитрилась она как-то выйти на волю никем не замеченная, идет куда глаза глядят. Слышит она знакомый голос мужской. Лукман поет! Голоса Лукмана неужели не узнала бы она! Нарвала она большой букет цветов, идет на голос, встретились возлюбленные!

 

Лукман

 

Ты как нашла меня, любимая моя?

За след ступней твоих рад умереть бы я,

За ласку рук твоих, за голос соловья

Готов на плаху лечь —

Дать голову отсечь!

 

Бике-Ханум

 

Как долго я тебя ждала, мой муж-ашуг!

Тоски моей ты исцелил недуг.

Не разлучимся мы вовеки, милый друг!

Я так любви полна,

Что смерть мне не страшна!

 

 

 

Песни любвиВысокие горы

Родные горы высокие,

Шумят на склонах родники,

О красивые горы!

Там вырос виноградный сад,

В саду мой милый, говорят,

В саду мой милый, говорят,

О счастливые горы!

 

Далекие горы,

Высокие горы,

Красивые горы,

Счастливые горы!

 

Вода потока холодна,

Когда в тени течет она.

О красивые горы!

Меня ж моя родная мать

Не хочет милому отдать,

О счастливые горы!

 

Далекие горы,

Высокие горы,

Красивые горы,

Счастливые горы!

 

Немало горя у людей,

Но чью печаль сравнить с моей,

О красивые горы!

Как черен этот белый свет,

Где есть любовь, а счастья нет,

О счастливые горы!

 

Далекие горы,

Высокие горы,

Красивые горы,

Счастливые горы!

 

* * *

Как хорош он, как хорош!

Посмотрите, как хорош

Тот зурнач золотоусый,

Где таких еще найдешь?

 

Как хорош он, как хорош!

Посмотрите, как хорош!

Как зурна его играет —

И сердца бросает в дрожь.

Как хорош он, как хорош!

Посмотрите, как хорош!

А глаза — как у джейрана,

Но они для сердца — нож.

 

О друг!

Пусть я жертвой буду твоей,

О прозрачный, быстрый ручей!

Разве сердцу не тяжело,

Если милый чужих чужей

И тоски не видит моей.

 

Хоть и сладок чунгура звон,

Да в руках не у милого он.

Сколько слов я ни говорила, о друг,

Твое сердце не разбудила, о друг,

Или ты в другую влюблен?

 

Если лопнет струна под твоей рукой,

Пусть мой волос будет тебе струной;

Но коль ты покинешь меня, мой друг,

Если женишься на другой,

Если я расстанусь с тобой, о друг,

Породнюсь с могилой сырой.

 

Почему, скажите, почему?

Летом землю снегом замело,

Почему, скажите, почему?

Летним утром солнце не взошло,

Почему, скажите, почему?

 

Кончив песню про мою беду,

Соловей замолк в густом саду.

Я по саду грустная бреду,

Почему, скажите, почему?

 

Мать с отцом решили, что пора, —

Белый я платок сняла вчера,

Мир закрыла черная чадра,

Почему, скажите, почему?

 

Утром я спешила к роднику,

Шла навстречу милому дружку,

Не унял дружок мою тоску,

Почему, скажите, почему?

 

Разлучают нас, любимый мой,

Будет муж мой старый и седой,

Плохо мне живется, молодой,

Почему, скажите, почему?

 

* * *

Я пройти стараюсь стороной

Мимо тех, которыми любима.

А зато джигит, любимый мной,

Хоть сама зову, проходит мимо.

 

Дочь старушки

Дочка твоя, словно груша, созрела,

Платье на ней, что лицо твое, бело,

Белый платок твоя дочка надела.

Как твоя дочка одета, старушка!

 

Новые туфли на ней и галоши,

Согнут я страстью, как тяжкою ношей,

Много я девушек видел хороших —

В мире красивее нету, старушка.

 

Сердце горит, я сгораю, старушка,

Что мне поможет, не знаю, старушка,

Дочку отдай, дорогая старушка,

Я ожидаю ответа, старушка.

 

Трудно поладить со старой каргою.

Дочка старушки, пойдешь ли со мною?

Кто нас найдет за далекой горою!

Глупая, спи до рассвета, старушка.

 

Кума пайкар

«Эй, кума Пайкар, салам алейкум!

Где живет моя милая, в доме каком?

Эй, кума Пайкар, салам алейкум,

Где живет моя милая, в доме каком?» —

«Алейкум салам, дорогой джигит,

За домом моим найдешь ее дом».

 

«Холоднее льда в роднике вода,

Если бросить в струи свежий листок.

Будет вода холоднее льда,

Если свежий листок упадет в ручеек.

Если будешь моей, о, тогда, Гюлюм,

Я скажу, что добром наградил меня бог.

 

На плече ты кувшин высокий несешь.

Ты идешь к роднику за водой,

На плече ты кувшин высокий несешь,

Ты идешь за водой крутою тропой!

Ты, подруга, со мной, по соседству живешь,

И ровесники мы с тобой.

 

О белые голуби, летящие по небу,

Скажите, куда вы летите, куда?

О белые голуби, летящие по небу,

Куда вы летите, куда?

 

С кровли на кровлю прыгать надо,

Только прыгать нет моих сил...

С кровли на кровлю прыгать надо,

Только прыгать нет моих сил.

Я в лихорадке.

О, где ты, отрада,Гюлюм?

Сердца недуг меня подкосил.

 

Здравствуй, красавица! Как спешил я.

Крепкого чаю налей-ка нам!

Радостна ты, весела, слава богу!

Ставь самовар да налей-ка нам.

Если же мук и страданий много, —

Все мы разделим с тобой пополам».

 

Девичий хоровод

1

На склоне снег,

На склоне снег, дитя,

Холодный есть.

В ауле друг,

В ауле друг, дитя,

Желанный есть.

Влюбленных в нас.

Влюбленных в нас, дитя,

Хоть двести есть.

Желанный нам,

Желанный нам, дитя,

Один лишь есть.

 

2

Когда мы ткать начнем ковер,

Ах, роза, соловей, джан!

Открой окно, чтоб падал свет,

Ах, роза, соловей, джан!

Чтоб лучше видеть нам узор,

Ах, роза, соловей, джан!

И слышать милого привет,

Ах, роза, соловей, джан!

 

3

Кружатся ласточки порой,

Перизада!

Перизада!

Над тихой утренней водой,

Перизада!

Перизада!

Так милый кружит надо мной.

Перизада!

Перизада!

Скажи, сестра, что делать с ним?

Перизада!

Перизада!

 

4

Невольно обернется всяк,

Ах, джейран!

На твой серебряный кушак,

Ах, джейран!

На белый лоб, на тонкий стан,

Ах, джейран!

На девичий пугливый шаг.

Ах, джейран!

 

5

Я башлыком хотела б стать,

Сувалай яр!

Чтоб шею милого обнять,

Сувалай яр!

Когда он скачет по горам,

Сувалай яр!

Навстречу ледяным ветрам,

Сувалай яр!

 

6

Лежит любовь на дне морском,

Дарман!

Покрыта золотым песком,

Дарман!

Но как достанешь? Вот беда!

Дарман!

Задушит черная вода.

Дарман!

 

7

Мелькнул малиновый платок,

Девица с розой на груди!

Прошла ты — легкий ветерок,

Девица с розой на груди!

И сердце унесла мое,

Девица с розой на груди!

Как ветвь упавшую поток,

Девица с розой на груди!

 

8

Папахи верх бафтой прошит,

Прекрасный друг,

Прекрасный друг!

Осенний дождик моросит,

Прекрасный друг,

Прекрасный друг!

Я выйду по воду одна,

Прекрасный друг,

Прекрасный друг!

Кувшин мой трижды зазвенит.

Прекрасный друг,

Прекрасный друг!

 

Перизада

С кувшинами к ручью с горы,

Дочка Пери, Перизада,

Идем мы вместе, две сестры,

Дочка Пери, Перизада.

Идем к ручью и видим вдруг,

Дочка, Пери, Перизада,

Среди дружков стоит наш друг,

Дочка Пери, Перизада.

 

Ах, дочка Пери, Перизада,

Что же нам делать, прямо беда.

 

В Курахе б нам бафты купить,

Дочка Пери, Перизада,

Дружку папаху бы обшить,

Дочка Пери, Перизада.

 

Дружок, дружок, когда б ты смог,

Дочка Пери, Перизада,

Папаху дать нам на денек,

Дочка Пери, Перизада.

 

Ах, дочка Пери, Перизада,

Что же нам делать, прямо беда.

Пусть в дом ворвется ветер к нам,

Дочка Пери, Перизада.

Расколет лампу пополам,

Дочка Пери, Перизада.

 

Чтоб обе встрепенулись мы,

Дочка Пери, Перизада,

Дружка увидев среди тьмы,

Дочка Пери, Перизада.

 

Приходи в наш сад

Утром ты встаешь с зарею, ай джейран,

Утром ты встаешь с зарею, ай джейран.

Умываешься росою, ай джейран,

Умываешься росою, ай джейран.

 

Приходи в наш сад,

Как я буду рад.

Приходи в наш сад, я жду,

Будь садовницей в саду!

 

Слово мне скажи на радость, ай джейран,

Слово мне скажи на радость, ай джейран.

С губ твоих нисходит сладость, ай джейран,

С губ твоих нисходит сладость, ай джейран.

 

Приходи в наш сад,

Как я буду рад.

Приходи в наш сад, я жду,

Будь садовницей в саду!

 

Мы на берегу потока, ай джейран,

Мы на берегу потока, ай джейран,

Мы разлучены жестоко, ай джейран,

Мы разлучены жестоко, ай джейран.

 

Приходи в наш сад,

Как я буду рад.

Приходи в наш сад, я жду,

Будь садовницей в саду!

 

Как ни любим мы, а все же, ай джейран,

Как ни любим мы, а все же, ай джейран,

Вместе быть никак не сможем, ай джейран,

Вместе быть никак не сможем, ай джейран.

 

Приходи в наш сад,

Как я буду рад.

Приходи в наш сад, я жду,

Будь садовницей в саду!

 

Махи-Дильбер-Джан

Я — дерево во цвете лет,

Махи-Дильбер-Джан.

Цвету, цвету, а плода нет,

Махи-Дильбер-Джан,

 

Глухой летит из сердца стон,

Махи-Дильбер-Джан.

Оно, как выжатый лимон,

Махи-Дильбер-Джан.

 

Я в шелке белом, как стена,

Махи-Дильбер-Джан.

Иль в саван я наряжена?

Махи-Дильбер-Джан.

 

В моей могиле хоть одно,

Махи-Дильбер-Джан.

Оставь для милого окно,

Махи-Дильбер-Джан.

 

Вороньи на песке следы,

Махи-Дильбер-Джан.

Есть две великие беды,

Махи-Дильбер-Джан.

 

Уйти из жизни молодой,

Махи-Дильбер-Джан.

Что тяжелей беды такой?

Махи-Дильбер-Джан.

 

Есть хуже лишь одна беда,

Махи-Дильбер-Джан.

Не встретить друга никогда,

Махи-Дильбер-Джан.

 

Четверостишия

1

Глиняный ковшик висит на стене,

Не расколи невзначай, мой возлюбленный.

Если меня ты увидишь во сне,

Волю рукам не давай, мой возлюбленный.

 

2

В горы высокие трудные пути,

Если не дует попутный ветер.

Трудно в аул мне обратно идти,

Если в ауле любимый не встретит.

 

3

Голубь, о чем ты воркуешь и тужишь?

В клетке серебряной горько житье.

Отданной в руки недоброму мужу,

Плохо мне, сердце горюет мое.

 

4

Разве порох не взорвется, милый,

Если он хранится у огня?

Пусть родня твоя убьется, милый,

Все равно ты выберешь меня.

 

5

Милый мой, пусти на грядки воду,

Увядают розы, пожалей.

Старику меня отец мой продал

За пятьсот серебряных рублей,

 

6

Два самовара на столе стоят.

Какой из них красивей — не поймешь.

Джигит в двоих влюбился, говорят,

Не знаю, правда это или ложь?

 

7

Ты к бурной речке не води коня,

Там половодье залило дорогу.

Своим страданьем не терзай меня,

И своего хватает, слава богу.

 

8

По Шахдагу проползла змея,

Прошипела, черная и злая,

Ходит к нам разлучница моя,

У меня дружка отнять желая.

 

9

Многое отцу в тебе не нравится,

За тебя отдаст меня едва ли.

Ты женись, любимый, на красавице,

Чтобы, как меня, ее хоть звали,

 

 

 

Обрядовые, колыбельные песни. Свадебные песниСватанье

Салам-алейк,

Кумушки-кумушки,

Алейк-салам,

Кумушки-кумушки.

Мы пришли не в первый раз,

Кумушки-кумушки.

Что вы ищите у нас,

Кумушки-кумушки?

Молодая нам нужна,

Кумушки-кумушки.

Есть у нас для вас одна,

Кумушки-кумушки.

Велика ли ей цена,

Кумушки-кумушки?

Ей пятьсот рублей цена,

Кумушки-кумушки.

И когда прийти за ней.

Кумушки-кумушки?

В понедельник попоздней,

Кумушки-кумушки.

Вы скажите, где наш зять,

Кумушки-кумушки?

На майдане будет ждать,

Кумушки-кумушки.

Что за имя носит зять,

Кумушки-кумушки?

Зятя Мирзабеком звать,

Кумушки-кумушки.

 

Одевание невесты

Мы пред тобою слезы льем,

Ли-ла-ли-ла-ли,

Тебя в чужой уводят дом,

Ли-ла-ли-ла-ли.

В Чархи ковыль покрыл овраг,

Ли-ла-ли-ла-ли,

Хозяин твой наш будет враг,

Ли-ла-ли-да-ли.

На сундуке лежит абасс,

Ли-ла-ли-ла-ли.

Уводят девушку от нас,

Ли-ла-ли-ла-ли.

Играет солнце в облаках,

Ли-ла-ли-ла-ли.

Блестит слеза в твоих глазах,

Ли-ла-ли-ла-ли.

Не плачь, подружка, все равно,

На плачь, Джейран-Ханум,

И нам все это суждено.

Не плачь, Джейран-ханум.

 

Приход дружков жениха

Я-ле-ле, я-ле-ле,

Жених сжимает прут в руке,

Я-ле-ле, я-ле-ле,

Дрожит невеста в уголка.

 

Я-ле-ле, я-ле-ле,

Смотри, жених, жену не бей,

Я-ле-ле, я-ле-ле,

Но знай, что битая милей.

 

Я-ле-ле, я-ле-ле,

Невеста, нынче ты — княжна,

Я-ле-ле, я-ле-ле,

А завтра мужняя жена.

 

Я-ле-ле, я-ле-ле,

Сошлась у нас гора с горой.

Я-ле-ле, я-ле-ле,

Лучами, солнце, их покрой.

 

Я-ле-ле, я-ле-ле,

На шею бусы в два ряда.

Я-ле-ле, я-ле-ле,

Они рассыпятся — беда.

 

Я-ле-ле, я-ле-ле,

Легко собрать их, но опять,

Я-ле-ле, я-ле-ле,

На нитку их не нанизать.

 

Я-ле-ле, я-ле-ле,

Невесту к жениху ведут,

Я-ле-ле, я-ле-ле,

Старуха сваха тут как тут.

 

Я-ле-ле, я-ле-ле,

Шурпа в тарелку налита.

Я-ле-ле, я-ле-ле,

А сваха будет ли сыта?

 

Песня гостей

Стели не меньше

Двух перин,

А в них пусть будет

Пух один.

Пусть семь детей,

Семь сыновей,

У женщины счастливой будет.

Родится дочь — пусть сливой будет,

А слива долго не живет,

Когда от ветки отпадет,

 

Песня, поющаяся в доме жениха

Мы к молодому Абасу пришли,

Радостно к дому Абаса пришли.

Комнаты, комнаты,

Всюду полно.

Комнаты, комнаты,

В каждой окно.

Двери открыты,

Одна лишь закрыта.

Там ожидает

Невеста джигита.

 

Плачи

1

Я бы умерла за одну твою руку,

Руку с мозолями от кизиловой палки.

Умерла за одно плечо твое дорогое,

Натертое лямкой пастушеской сумки.

Ты сидел у костра, овец считая,

И не успел досчитать отары.

Из рук ты выронил верную палку,

Сползла с плеча тяжелая сумка.

 

Белые, словно пена, отары

Перегонял ты к синему морю.

Ты доил оягнившихся маток.

И ягнят согревал ты под буркой,

Как тебя когда-то я согревала.

 

2

Когда ты ступал, земля трещала,

Когда ты кричал, к тебе сбегались овцы,

Когда у огня ты играл на свирели,

Клонились травы в зеленой долине,

Чабан, брат мой.

 

А теперь ты лежишь, лишенный жизни,

Лишенный лугов зеленых и гор высоких,

Лишенный слез горячих и родников холодных.

Бессильными стали твои могучие руки,

Чабан, брат мой.

 

Лайла

(Колыбельная)

Лайла, мой свет, лайла,

Лайла, Ахмед, лайла!

На свете слова нет

Прекрасней, чем Ахмед.

Лайла, Ахмед, лайла,

Лайла, мой свет, лайла!

 

Зима, хоть и длинна,

Окончится она.

И к нам придет весна.

Лайла, Ахмед, лайла,

Лайла, мой свет, лайла!

 

Весной весна придет

И в сад, и в огород.

Весною все цветет.

Лайла, Ахмед, лайла,

Лайла, мой свет, лайла!

 

Ты, мальчик, будешь рад,

Что белым станет сад,

Что речки зажурчат.

Лайла, Ахмед, лайла,

Лайла, мой свет, лайла!

 

Получит цвет цветок,

Пчела получит сок.

А птица голосок.

Лайла, Ахмед, лайла,

Лайла, мой свет, лайла!

 

Ты младший сын у нас,

Ты наш и саз, и глаз,

И дорогой алмаз.

Лайла, Ахмед, лайла,

Лайла, мой свет, лайла!

 

 

____________

 

 

 

 

 

 

 Текст воспроизведен по изданию:

 «Антология Дагестанской поэзии». Том I. Песни народов Дагестана.

 Дагестанское книжное издательство, 1980.

 Составители: К. И. Абуков, А. М. Вагидов, С. М. Хайбуллаев

 

 

http://a-u-l.narod.ru/ADP_lezginskie_pesni.html

 

Просмотров: 1992 | Добавил: Администратор | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:
Вход на сайт
Поиск
Календарь
«  Февраль 2012  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
272829
Архив записей
Друзья сайта
  • Официальный блог
  • Сообщество uCoz
  • FAQ по системе
  • База знаний uCoz
  • Copyright MyCorp © 2017